Лиза
Бедный невинный младенец! Твои родители одни виноваты.
Императрица Елизавета Петровна
(о помиловании малолетнего Ивана VI Антоновича)
I
сохатый человек смотрел в окно
а за окном рубили толстый кабель
как шею лебедя
густые мужики
тут свет погас
и наступило время осязания
и мыслей тайных
и такого слуха
что позволяет собирать щелчки
вмурованного в стену механизма
II
заплакала подопытная Лиза
покинула сухую колыбель
и выползла на выстывшую крышу
где обернувшись бабочкой ночной
взлетела над растоптанной бахчой
над с двух концов запаленной свечой
над руслом по которому течёт
поток страстей
и канула в догадках
III
а человек задёрнувши окно
вдруг обнаружил что среди чаинок
вращается
ведь лопасть медной ложки
по часовой раскручивает вихрь
в объёме комнаты
и чьи-то губы выше
уже засасывают центробежный вар
и всякую дрожащую в нём тварь
Список предложений
что они могут тебе предложить?
I
перерезать пуповину
бутылочным осколком
и выпасть из дверей холодильника
на кафельный пол
больничной столовой
II
перелить содержимое космоса
в эмалированный таз
и кормить растворённую в нём рыбу
крошками отвалившейся
штукатурки
III
связать спицами велосипедного колеса
смирительный свитер
и ходить в нём по извилинам мозга
любуясь гулкими сводами черепа
что покрыты сюжетными фресками
на тему ранних симптомов деменции
* * *
что они могут тебе предложить?
IV
ну как минимум гудрон на десерт
если конечно ты помнишь
что такое десерт
Нотки тмина
Семена тмина выколачивали с помощью палки.
Библейская энциклопедия Брокгауза
I
свинцовая дробинка на языке
кажется зёрнышком тмина
как же всё-таки незаметно
вооружилась речь
войдя в канал ствола
в предельно узком смысле
чтобы выйти пламенем на волю
когда отбудет свой срок
а дальше смерть
и красно-чёрная комната
где косноязычный карлик
режет на дольки яблоко
по количеству
прикованных к стенам детей
II
очнувшись от наваждения
в ужасе сплёвываешь в темноту
но во рту всё равно вкус свинца
с нотками тмина
Природа смерти
Смерть существует лишь по сю сторону…
Николай Бердяев
I
карябай письмена дыши вполголоса
рельеф меняется а горизонты нет
осенний лист в тарелке кислых щей
символизирует худой достаток
мышь окопалась в тлеющем саду
зима близка всё укоризненнее сердце
в квадратной пепельнице движутся круги
чужого дыма ищущего выход
II
уже качается чернильный декабрист
в компании товарищей висящий
по воле безутешного пера
на выцветших полях сухой страницы
III
пыхтит автобус набирая скорость
в такой туман что страшно мертвецам
уверовавшим в бездну избавленья
как в безлимитный чудо-проездной
и жмущимся сейчас к холодному стеклу
которое размыло прежний ракурс
/поди пойми вовне или внутри
теперь заключена природа смерти/
Фортификации почвы
Муравей: «Не я воюю. Воюет муравейник».
Карел Чапек
I
крысиный яд подействует не скоро
флейтист успеет увести детей
из города где отданы в аренду
пожалуй даже головы скульптур
с учётом сильно выросшего спроса
на титульные профиль и анфас
II
с афиш сойдёт вибрирующий глянец
и по трамвайным рельсам хлынет холод
под утро в час когда заученные роли
как насекомые повыползут наружу
мясистые остатки догрызать
в пределах типовой застройки⠀
и здесь распространённых архетипов
тут вдруг окажется что будущего нет
а есть со скрипом утверждаемый бюджет
который надувают ртом штабиста
в мундире от вдовеющей швеи
да мифотворчество длиной в погонный метр
III
раздёрнет шторы властелин скелета
и ахнув навзничь рухнет как сосна
чьи корни надорвали сухожилия
в борьбе с фортификациями почвы
и чашка у кровати сохранит
на донце след присутствия маразма
По раскадрированной смете
В нашей жизни правда всегда торжествует,
но жизни часто не хватает.
Сергей Эйзенштейн
I
сойдёт романтика с обвисших окончаний
как радужная ветошь под кислотным ливнем
и блеющий гомункул устрашится вида
своей личины в зеркале оплывшем
которую брал в кубе маленькой прихожей
как сумму аргументов вылезти наружу
к источникам казалось бы свободы
а вон оно куда толкнуло люльку
сбив Эйзенштейна с ног на каменных ступенях
ведущих вниз по раскадрированной смете
II
и хищно улыбается младенец
признав родителей в густой толпе массовки
ползучий дождь слизнул концы цитат
и волдырями вспучил акваторию
глубокой рытвины что с рыком пролегла
по глинозёму вязкого рассудка
Китайский сервиз
I
Иллюзорий Абстрактович за столом возвышаясь
будто фигуративная величина китайского сервиза
позвякивает о том о сём
своими фарфоровыми окончаниями
II
и едва уловимая дымка байховых испарений
исходит от его ослепительного чела
придавая картине уютную медитативность
с которой даже топорная в целом реальность
предстаёт лишь кулисами
что завалены громоздким реквизитом
на пути к по-настоящему большой сцене
III
и сидящие за столом из тех кто подперев подбородки
предварительно вымытыми руками
умилённо смакует момент утончённой отстранённости
находят себя вполне оправданными
по отношению к убиенному времени
Еловые кущи
I
Авелю авелево на окаянной земле
и кровь засохшая в волосах скрепила это печатью
но от удара с такой амплитудой
выпали суффиксы ослабив кодовые слова
и все же в еловых кущах читая написанное
с интонацией новозаветного папоротника
уравниваешь в правах непроницаемые на свет волокна
одними лишь окончаниями
II
змеиная шея в оправе поднятого воротника
вносит проекцию головы на открытое рассмотрение
однако те кто узнал приехавшего инкогнито
не только в анфас но и в профиль
прячутся в складках накинутой сверху суконной ткани
из опасения превентивного сглаза
III
мать и отец по прошествии срока
спросили у сына вернувшегося домой
ну а где же твой брат?
и не дождавшись ответа подали на стол
запёкшийся к ужину камень
Регенерация
...........Ад.........
......глубоко...........
……………………..
…………………….
…………………
…нужно…………
……………………….
…..понять………..
……………………
Синий Карандаш, «Онегин»
I
обложку сделали из крокодильей кожи
чтоб если вздумал ты открыть и погрузиться
боялся бы лишиться хватких пальцев на кромках пасти
что в разверстой глубине воздвигла хищный частокол зубов
II
о этот плотоядный свод страниц
вобравший ярость подзамочных скважин
откуда вырывается огонь в напущенном дыму
мифологем пустот и искажений
здесь стыд и жуть вплелись в текстуру пемзы
III
вот из тебя кровавые куски нещадно выдраны с кости
однако в полынье кричащих ран
взамен утраченной в пылу прочтений плоти
мгновенно зреет новая органика
теперь уже способная к регенерации
и клетки впредь такой ведут раздел
что вряд ли хоть в одной надолго сможешь запереться
Конфуций & Боуи
Если мы так мало знаем о жизни, что можем мы знать о смерти?
Конфуций
Хотя бы раз в жизни побудьте в обществе трупа. Полное отсутствие жизни — это самый серьезный вызов, который может быть брошен человеку.
Дэвид Боуи
I
из книги /Ши цзи/ древнекитайского историка Сыма Цяня
а также из более ранних летописей
известно что философ Конфуций или Кун Фу-цзы
родился 28 сентября 551 года до нашей эры
в царстве Лу располагавшемся на территории нынешней провинции Шаньдун
/точнее современного города Цюйфу/
и случилось это в пору когда рок-н-ролл ещё не умер
II
рок-музыкант Дэвид Боуи скончался 10 января 2016 года
в возрасте 69 лет в своём нью-йоркском доме на улице Лафайетт-стрит
успев записать последний альбом Blackstar
он ушёл в мир иной после долгой борьбы с раком печени
когда Антихрист уже родился
III
однако если поверить некоторым радикальным мыслителям
и физикам-теоретикам что времени не существует
то вон тот парень в читальном зале
с принтом Зигги Стардаста на чёрной футболке
склонившись над томом о конфуцианстве
являет сейчас собой всю глубину данного тезиса
/в древности люди учились для того, чтобы совершенствовать себя
ныне учатся для того чтобы удивить других/
изрёк мудрый китаец губами юного книгочея
произнёсшего вслух извлечённую строчку
/я игрушка в руках судьбы а значит и сам имею право
на эксперименты с собственным окружением/
тут же в ответ всплыл в голове фрагмент интервью Дэвида Боуи
для журнала New Musical Express
а следом ещё один свингующий хук
/по-моему творчество которое не шокирует лишено всякого смысла/
IV
и всё же китайская философия не сдавалась
/то к чему стремится высший человек находится в нём самом
а то что ищет низший в других/
но андрогинный человекоподобный марсианин
с чёрной футболки улыбаясь перевёл разговор в шутку
/меня поражает что люди воспринимают всерьез всё мною сказанное
даже я не воспринимаю это всерьёз/
и вообще
/очень сложно быть разрушителем морали в мире где морали не осталось/
по книге о конфуцианстве выходило что
/пять вещей составляют совершенную добродетель
серьёзность щедрость души искренность усердие и доброта/
однако упавшая рок-звезда констатировала неутешительный итог
тысячелетней текстоцентричности
/есть одна вещь в которой мы все хороши это враждебность/
V
и правда чем нынче сакрализировать время
если в КНР исповедуют не учение Конфуция а марксизм-ленинизм
дополненный /социализмом с китайской спецификой/
где усиление партийного контроля стянуло узлом саму суть софистики
до авторитарного треска
а в Нью-Йорке гибнут люди от рук иммиграционных агентов
с безупречно американскими лицами
и по национальным праздникам домохозяева жарят на решётках стейки с кровью
чтобы запить их односолодовым китчем
VI
парень вернул библиотекарю книгу
вышел на улицу и вновь растворился в официальных трактовках
размазанных по лбам и билбордам
словно быстро застывающий комбижир
Дюрер
Самое большое чудо, какое я видел за всю свою жизнь,
случилось в 1503 году, когда на многих людей
стали падать кресты,
и особенно много на детей…
Также я видел в небе комету.
Альбрехт Дюрер (отрывок из «Памятной книжки», 1503 г.)
испепеляющая юность
кромсала ножницами тюль
и на волнах болтался тюнер
ища какой-нибудь ноктюрн
способный память вызвать к жизни
и полы вешнего пальто
извлечь из цепкого зажима
в дверях сквозящего метро
а мы играли в перспективы
толкая пешки по доске
но обгонял их конь ретивый
во всей готической красе
к нему пририсовал бы Дюрер
скелетов пьяный хоровод
однако жуть писать с натуры
уже и иней устаёт
на стёклах
ром не лечит скуку
но пусть растает кубик льда
на дне стакана где так скупо
представлен был испитый дар
редактор толстого журнала
смахнёт соринки со стола
и этот текст вернёт к началу
а там сгорело всё дотла